Пожалуй, все, кто использует методы Шарлотты Мейсон, знают, слышали о живых книгах. Каждый, наверно, считает своим долгом так или иначе определить, что это за явление. И я не исключение.

Когда начинаешь писать о каком-то предмете, явлении или проблеме, конкретнее, точнее и глубже подходишь к исследуемому вопросу. Так, я задумалась, к какому жанру отнести термин ‘живые книги’. А может, это вид какого-то существующего жанра? Или это что-то самобытное?

Главная отличительная особенность живой книги — идея, представленная в такой форме, что ребёнок с интересом воспринимает её и хочет когда-либо воплотить. Именно эта живительная идея и делает книгу живой, о чём бы она ни была.

Почему возникла такая потребность выделить особый род книг? Всё просто. Мисс Мейсон, преподавая в школах, столкнулась с тем, что большинство учебников (в частности, исторических) содержали в себе лишь сухой набор фактов. (Сухпаёк, так сказать). Естественно, у детей такое учение не то что не вызывало воодушевления, но очень быстро убивало всякое желание узнавать что-то новое, искать, исследовать, делать новые старые открытия. Тогда учительница задалась целью найти альтернативу — такие книги, которые о фактах рассказывали бы достоверно, но в красивой, увлекательной форме с качественными иллюстрациями. Эти книги давали те же знания, но не в отрыве от действительности, в которой жили ученики, а наоборот, помогали связать жизненный опыт с научным фактом, побуждали применять эти факты, воплощать представленные идеи, самим проходить путь от замысла до открытия по следам учёных, даже играть в сюжет книги. Понятно, почему мисс Мейсон уделяла серьёзное внимание чтению учениками самых разнообразных и самых качественных книг.

Любая интересная книга несёт в себе какую-то идею, но не всякая будет живой. Мисс Мейсон чётко отделяла понятие ‘живые книги’ от просто исторической литературы или сказкок. Также и поэзию нельзя отнести к живым книгам. Всё это самостоятельные жанры. Но когда они становятся вкраплениями в повествование для достижения наилучшего образовательного эффекта (т.е. посев идеи с дальнейшим её прорастанием в разуме и определённых плодов-поступков) — это уже книга живая.

Для себя я определила живые книги как научно-популярная литература. И к счастью, в наши дни таких книг всё больше и больше. Но и ‘мусора’ среди них тоже не мало. Чтобы не попасть впросак, я очень строго отбираю книги по следующим критериям:

• Красивый литературный язык;
• Содержание соответствует теме и без глупых фраз, диалогов;
• Красивые, адекватные содержанию, иллюстрации.

Результат всегда оправдывает ожидания. Сын энергично воспринимает идеи книг, ненавязчиво, но чётко представленных. В его глазах вспыхивает огонь — ему срочно надо проверить, поделиться, дознаться, поиграть в сюжет. Другие идеи оседают в его голове, и он думает о них, пока какая-то своя мысль родится в уме. Потом он внезапно начинает задавать вопросы, разговаривать о предмете интереса, капает вглубь. Но есть идеи, которые, кажется, пролетели мимо, но я думаю, семя упало в почву и пока спит… до нужного момента.

---

Текст этой заметки впервые опубликован в блоге braintraining.family.blog. Просьба, при цитировании указывайте источник. Заранее спасибо и благословений.

В небольшом селении Рябово была церквушка. С недавнего времени в ней сменился священник. Всё Рябово уже знали доброго и кроткого своего предстоятеля Михаила Александровича Васнецова и его гостеприимную жену Аполлинарию Ивановну.

Было у отца Михаила и матушки Аполлинарии шесть сыновей, шесть стрел разлетевшихся из отчего дома в разные стороны. Звали их Николай, Виктор, Пётр, Аркадий, Аполлинарий и Александр.

Жили небогато, но дружно. Когда случалось, принимали странников. А странники — люди интересные, много где бывали, много чего видали. И разные необычные разговоры вели. Дети, хоть и тайком, заслушивались. Бывало, вечером Витя сидел на печи за зановеской и прислушивался к разговорам странников. Беседы длились до глубокой ночи, и мальчик засыпал под шёпот сонных странников. Мысли маленького Вити были полны разных образов, сказочных и реальных: ковёр-самолёт, птица Сирин, Илья Муромец.

А какие сказки рассказывала их стряпуха. Соберутся вечером вокруг неё ребята, и в полутёмной комнате рождались новые образы: Иван-царевич, кощей, баба Яга, серый волк, Василиса прекрасная. Этими сказками, их героями глубоко пропиталась душа впечатлительного Вити.

Отец Вити был образованным человеком, он любил читать. И в доме было много интересных журналов о разных странах, путешествиях, новых открытиях. Отец временами разрешал сыновьям их читать и сам им читал. В журналах были картинки. Однажды Витя прочитал какую-то статью, под рукой оказался карандаш и лист бумаги. Мальчик начал рисовать корабль, на котором он отправится в путешествие. Он так увлёкся, что не заметил, как вошёл отец.

— Неплохо. Очень неплохо, — похвалил он сына.

Эта похвала ободрила Витю, и он стал иногда рисовать и срисовывать картинки из отцовых журналов.

Но его, как остальных его братьев, ожидало иное поприще. Время шло, дети росли, и нужно было дать им образование. А как денег у родителей особо не было, то сыновей, одного за другим отправляли в семинарию, где они учились и готовились стать священниками, как и отец. Обучение в семинарии было бесплатным.

Вот здесь, в семинарии, обнаружился художественный талант Виктора Михайловича Васнецова. Здесь же он получил свои первый заказ: нарисовать картинки к сборнику пословиц. Здесь же художник написал свои первые картины: «Жница» и «Молочница».

Но это только начало пути. Если вы хотите узнать, как дальше складывалась жизнь художника, читайте книгу Бахревского В. «Виктор Васнецов».

***

Если вам понравилась моя заметка, прочитайте её вашему ребёнку. Я написала этот биографический очерк исключительно для детей.

---

Впервые эта статья появилась в блоге braintraining.family.blog . Просьба при цитировании ссылаться на источник. Заранее благодарна.